Sport from Siberia
GiGa
Sport from Siberia
Traveler's Coffee
Иван
Бутенко

г. Томск
53 Нравится

Интервью

Иван
Бутенко

У нашего героя, гитариста популярной группы «Следы» насыщенная и запутанная биография, наполненная музыкальными проектами, путешествиями, падениями и взлётами. Неповторимый творческий путь Ивана Бутенко и другие секреты специально для проекта «Hero from Siberia».

- Твоя история – история классического музыканта: «рань при рань» родители отправили в музыкальную школу учиться играть на гитаре, и пошло поехало?
- Не совсем. Я никогда не ходил в музыкальную школу, потому что среднеобразовательная была с музыкальным уклоном, к общим предметам добавлялось сольфеджио, музыкальная литература, специальность, хор и всё в этом роде. Но в первом классе никто гитару мне в руки не дал. Единственный преподаватель сказал, что с семи лет на гитару он не берёт детей, слишком рано и предложил начальную школу посвятить аккордеону или баяну, а впоследствии перевестись к нему. Баян казался мне совсем уж деревенским инструментом, и я выбрал аккордеон. Когда я дошёл до пятого класса, этот мужик куда-то исчез, наверное, уволили. Я встал перед выбором. Других преподавателей гитары в школе не было, а фортепиано слишком большой инструмент, чтобы домой покупать. Так и проучился до выпуска на аккордеоне.

- А как тогда в твоих руках оказалась гитара?
- Несмотря на то, что учиться играть на гитаре в школе не удалось, желание никуда не делось. Пошел в какой-то бардовский клуб, научился основам. Там сложился небольшой коллектив, он никак не назывался, мы пытались играть просто музыку, без текстов. Было модно выступать в школе, мы пробовали играть. Кстати, сейчас всё иначе - не так давно было время, когда в городе наблюдалось полное отсутствие школьных групп. Школьная музыка, этот детский порыв – «я хочу стать кем-то», развиваться как музыкант, к примеру, очень важен. Сейчас ребята мало ходят на концерты, а если приходят, то в них загорается дикое желание окунуться с головой в музыкальную культуру и себя в ней попробовать. Летом у нас был сольный концерт в городском саду, было очень много интернет зависимой молодежи – 14-16 лет. Но, к счастью, нам удалось оторвать их от своих телефонов. Мы сами оживились благодаря этому.

- А какие именно школьные коллективы ты пережил в юности?
- На тот момент в Томске было две школы с музыкальным уклоном 51 и 49. У нас была школа более классическая в отношении музыкальных направлений, но мы всё равно старались идти в ногу со временем, со всеми течениями субкультур, в другой школе упор делался на современные веяния и направления. Там учился парень - Руслан Шакиров, который двигал непосредственно рок. Мне тогда казалось, что у них там как-то покруче, но на самом деле обе школы отлично развивали детей.

- А получив опыт в школьной группе, куда перекочевал?
- Потом в 2008 году играл в металл-группе «Growling heart». Группа живёт до сих пор. Там были песни, что-то даже получалось. Мы были молодые, интересные, попали на фестиваль «MyzOnline» 2010 года. Вроде и сыграли неплохо, но чего-то нам не хватало, подачи было мало, не прошли. Потом из-за несерьёзных конфликтов коллектив всё-таки приостановил деятельность на какое-то время, все разошлись – кто куда: Дима Скрябинский в «Три Пятёрки», я в «Следы», кто-то начал работать сольно. В 2015 году я эту группу снова собрал, но участником её на данный момент не являюсь.

- Значит, ты пришёл в уже слаженный коллектив «Следов»?

- Основали группу «Следы» в 2006, тогда я учился в школе – я видел «Следы», слушал «Следы», мы репетировали с ними на одной базе, были хорошо знакомы. На тот момент я даже представить себе не мог, что буду играть с ними. Мы легко нашли общий язык, благодаря такой черте как прямолинейность – группа «Следы» выговаривала другим группам в лицо всё, что о них думает, также агрессивно и мы вели себя. На момент, когда у группы начались проблемы с гитаристом, он уехал в Москву, я решил попробовать свои силы. Максим Черненко, например, считал, что люди, которые слушают тяжёлую музыку, не могут играть панк-рок, они просто не могут так мыслить, поэтому думал, что я не подхожу к ним в группу. Вместе со мной пробовался ещё один парень, Влад Носов, на тот момент он играл лучше меня, не знаю, чем он не понравился, но тогда в 2011 году меня всё-таки взяли, я подготовился ко всем прослушиваниям, знал материал идеально. За две недели мы отрепетировали тринадцать песен, началась активная деятельность, только в январе мы отыграли шесть концертов.

- Расскажи, как изменился репертуар группы с 2006 года?

- Во-первых, он стал сложнее. Во-вторых, Максим тогда вообще не пел. У него был голос, но он не знал об этом, вокалистом была девушка. Не думаю, что внёс в группу что-то кардинально новое, когда пришёл, кроме своих мелодий, которые всегда крутились в голове. В новом альбоме они прослеживаются. Со мной они начали играть некоторые песни, которые до этого не могли. Например, песня «Москва». Они её записали, но играть не получалось, как они говорили. Бывает, мы уходим в панк-рок, бывает в попсу. Жёстких границ у репертуара нет.

- На какой гитаре ты играешь? Какая техника у вас в ходу?
- У нас никто не играет на плохих инструментах. На эту тему у нас мания – если ты играешь на «японии» - нет, не катит, надо только на «америке» играть. У меня максимально удобная и приятная Gibson SG classic 1998.

- Как тату появилось в твоей жизни?
- Два года назад меня уволили с основной работы, ребята из тату салона, друзья группы, позвонили с определёнными предложениями поработать у них. Мне это нравится, я развиваюсь по своей специальности, потому что в моих обязанностях много маркетинга, пиара, рекламы, я общаюсь с людьми, и творческая составляющая тоже присутствует. И нет никаких проблем в том, чтобы отпустить меня на гастроли с группой.

- Говоря о единстве группы, вы все забиваетесь по полной?
- У нас у всех много татуировок, например, у Паши Акулова, тихого парня, под нашим влиянием появилось желание забить себе шею. Сколько у меня самого татуировок даже примерно не скажу, полностью заколочена левая нога до таза, рука по локоть вкруг, грудь. У Максима два рукава, ноги кусками и тоже грудь. У Паши надпись на ключице, на животе барабаны, значок на руке, у Стаса на солнечном сплетении интересная пантера, забита грудь, на спине несколько татуировок, на руках огни. Дима забит полностью, как раскраска.

- Ваня, как управляющий тату салона, скажи, что сейчас модно?
- Среди молодых людей стало популярно делать татуировки, которые были бы на виду, чтобы показать, что ты в теме. Учитывая, что мы живем в Сибири, часто ходим в свитерах, куртках, первым делом забиваются кисти рук, пальцы, затем шея и голова. Сейчас рукавами вообще никого не удивишь. Приходят с просьбами набить надпись над бровью, что-нибудь на щеке, и ты отговариваешь этих людей.

- Как часто бывают такие ситуации, когда клиенты просят что-то жуткое?
- Сегодня утром было, вчера вечером. На самом деле, чаще, чем ты можешь себе представить. Тату-культура развивается, есть интернет, все видят, что люди делают, понимают суть искусства, но при этом приходят в салоны и просят что-то банальное, штамповое: три птички над ключицей. Людям без разницы, что они все друг на друга похожи. Мы стараемся отговаривать, когда приходят с такими просьбами. Мы не работаем на количество, чтобы больше заработать денег, мастера хотят развиваться, а не штамповать потоковые татуировки. Татуировка – это индивидуальный продукт, к этому нужно максимально серьёзно отнестись, вам с этим жить.

- Цветные татуировки не вытесняют ч/б в связи с трендами?
- 50 на 50. Лично у меня всё цветное, мне не очень нравится черно-белое, хотя они легче сводятся и выглядят брутально. Некоторые считают, что цветные это как-то по-клоунски. Довольно часто делают оба варианта. Цветной реализм местами сложнее. Кстати, девушки легче соглашаются на цветные татуировки, парни предпочитают черно-белые.

- Гордишься своей малой родиной?
- Я горжусь нашим уютным и вечно молодым Томском. Это город возможностей, здесь всегда меняется кровь, постоянно появляется что-то новое. Здесь можно творить, зарабатывать, тем более можно учиться. Хочу на животе набить 1604 – год основания города и выше сделать деревянное зодчество. Я был во многих городах, но к дому тянет везде и всегда, как бы красиво не было вокруг. Люблю наш маленький Питер.

- Ты много путешествовал. Какое место тебе запомнилось?
- Запомнилось много мест, с каждым так или иначе что-то связано. Какого-то яркого-яркого впечатления нет. Ещё когда учился в школе, ездили на международный конкурс в Болгарию с хором. Шумная поездка, телевидение, программа, но ничего особого кроме моря я оттуда не почерпнул. Либо я так сильно влюблён в город Томск, либо ещё не побывал там, где эмоции и впечатления захлестнули бы. Мне очень нравится наш новый Крым. Был там ещё когда территория принадлежала Украине. Остался в восторге от Воронцовского дворца, воплощающего в себе отголоски разных архитектурных стилей.

- Ваня, продолжи фразу: «В какой-то момент мне чудовищно надоело…»
- Играть на аккордеоне. До сих пор не хочу его брать в руки, за десять лет наелся!

- Сибиряки ведут себя так…
- Первая мысль, которая приходит в голову – «как им этого хочется». Но на самом деле это не так. Скорее мы ведем себя, как этого не ожидают другие. Разрушаем стереотипы.

- Планы на будущее.

- В этом году мы много всего запланировали, уже начали реализовывать задуманное: сняли большой live, который скоро выпустим, сняли клип, на стадии сводке ещё несколько песен.

Была рада знакомству
Иващенко Валентина

Иван Бутенко
Иван Бутенко