Sport from Siberia
GiGa
Sport from Siberia
Traveler's Coffee
Виталий
Долькинс

г. Томск
90 Нравится

Интервью

Виталий
Долькинс

«Мне нужно реализовывать себя в творчестве, иначе я начинаю замыкаться», - этими словами наш герой, культуролог и татуировщик со стажем, верящий в карму, определил всю природу творческих людей. Сегодня мы знакомимся с историей доброго, неконфликтного и креативного Виталия Долькинса.


- Как ты оказался в Томске?

- Случайно. Не поступил на желанное место в Новосибирск, хотел заниматься татуировками. По совету дедушки подал документы в Томск. Подал документы в Красноярск на заочное отделение, предполагал, что буду заниматься татуировкой и параллельно учиться, за время поиска съемной квартиры позвонили из ТГУ и сказали, что я поступил на очное отделение на факультет маркетинга. Пришлось выбирать. Оставался последний день, я всю ночь думал. На следующий день в Томске нужно было оказаться до пяти часов с оригиналом документов. А если не успеешь, то вернуть их обратно в Красноярский вуз тоже уже нельзя было бы. Очень переживал. В итоге на вокзале я забрал самый последний билет. Оказался в Томске только в четыре часа, но успел.


- На время поступления татуирование было ещё увлечением или уже способом заработка?

- Никакого заработка не было. В своё время я был в среде неформалов, две тысячи седьмой год… Татуировки все оттуда пошли, и я втянулся, мне всё это понравилось. Тогда дедушка, посмотрев выпуск программы «Пусть говорят!» о татуировках, предложил мне заниматься этим серьёзно. Я был очень «за», и хотя отец-военный был абсолютно против, дедушка дал денег, и я поехал учиться на татуировщика в Новосибирск, в вуз туда я не поступил, решил для себя, что посвящать всё время татуировкам ещё рано, нужно какое-то образование, и вернулся в Красноярск.


- Виталя, у тебя в жизни был период, когда ты учился на программиста, как так получилось?

- После выпускного в девятом классе меня отправили учиться на программиста, чего я безумно не хотел, и все планы подать на архитектурное направление посыпали пеплом. До техникума приходилось добираться в течение двух часов, и контингент – не мечта. Уговаривал родителей, пока не поздно, вернуться в одиннадцатый класс, но они стояли на своём – начал, надо закончить. Чем дальше шло, тем сильнее я понимал, что всё это не моё совершенно, сдал первую сессию и был уверен, что на второй меня отчислят за неуспеваемость. Тогда решил, что надо брать дело в свои руки. Мне в день давали по 200 рублей – на дорогу и покушать, я стал оставаться дома, врать родителям, что мне ко второй паре, когда они уходили утром на работу. Накопил, сделал себе первую татуировку. На парах я полгода не появлялся. Было лето, и маму вызвали в колледж сообщить, что меня будут отчислять, выложили на стол перед ней стопку моих провинностей – у неё естественно началась паника. Проблему пытались решить академическим отпуском, я отказывался наотрез. Меня отчислили, за это очень сильно попало от отца, и поддержал меня только дед, сказав, что сами виноваты – отдали туда, где он не хотел учиться.


- Чтобы бить татуировки, наверное, нужно художественное образование, оканчивал художественную школу?

- У нас в семье папа - военный, другие родственники также работают в этой сфере, только мама - в образовании. И вся семья была за то, чтобы меня отдали в спорт, а мама стояла на том, чтобы я получил художественное образование. Она ещё в детстве заметила, как я ко всему этому тянусь. По жизни я разрывался между двумя огнями. Я занимался дзюдо, но в выпускном классе получил серьёзную травму колена, пришлось оставить любые спортивные занятия. Развивался в двух направлениях, разный опыт в жизни формировал характер. А художественную гимназию я всё-таки окончил.


- По приезде в Томск ушёл в учёбу или всё-таки промышлял работой татуировщика?

- Первый год, как и многие, я жил в общежитии, там и бил татуировки. Но это была по-настоящему «жесть»: сидишь, делаешь татуировку, заходят в комнату: «Братан, есть хлеб?» В результате на «зрелище» собирается половина этажа. Полная антисанитария. Как-то надо было стартовать, а навыков тогда ещё не было.


- А кризисные моменты были?

- Да, бывало, звонил маме, говорил о том, что надо продавать инструменты. Она убеждала, что всё ещё может пригодиться, по её совету я убирал приборы пылиться в дальний ящик. Благодаря ей я не продал ничего, а через шесть недель меня позвали в Paradox.


- В Paradox взяли без всяких «кастингов»?

- У них тогда был офис на Каштаке. Я поехал туда после пар с чемоданчиком. Иду по рельсам, через гаражи, фонари не горят, с ощущением того, что сейчас меня ударят сзади по голове, и я не дойду до салона. Это был конец первого курса.


- Ведёшь какой-нибудь счёт своих работ, чтобы в шестьдесят лет сесть и сказать: «На моём счету их больше трех тысяч!»

- Это прикольно, но я этого не делаю. Я даже примерно не скажу. Есть считать в теории – я работаю каждый день, и за последние три года не было отпуска и не было выходных. Учитывая кризис, который на сегодняшний день сказывается на количестве желающих не так сильно, как мог бы, и то, что некоторые татуировки делаются не за один день, однако четыреста-пятьсот татуировок я уже точно сделал.


- Татуировщиком может стать каждый?

- Сложный вопрос. Для любого дела, наверное, определённый сегмент людей. Я знаю татуировщиков, у которых нет художественного образования, но они известны на мировом уровне. А у меня оно есть, и при этом татуировка дается труднее, чем им. Это зависит от человека и от желания. Если говорить о каких-то навыках, то в нашем деле очень важно быть конкурентноспособным и разбираться в ценовой политике.


- Сколько максимально уходило времени на татуировку в твоей практике?

- Делал одну татуировку шесть месяцев. Это было очень смешно. Вообще, татуировка – это вторжение в организм, а у всех разный иммунитет и состояние здоровья. В процессе у некоторых понижается давление, и они падают в обморок. Была ситуация, когда у парня было обильное кровотечение. Конец марта, жара, которая как-то влияла на человека. И мы с ним, как шаманы, ждали дождя, потому что в эту погоду всё шло как надо. Если я видел утром, что собираются тучи, переносил записи на день, звонил этому парню, он приезжал, и постепенно забивали его. А так всё зависит от рисунка.


- Какие татуировки сейчас популярны?

- Рад, что перестают делать маленькие татуировки – птички и надписи постепенно остаются в прошлом. У татуировки много разных стилей, и каждый по-своему за что-то любят. Томск стал городом, который в татуировке уже неплохо разбирается. Недавно делал татуировку лопаты. Два года назад вряд ли бы кто-то решился на такое. Планка татуировки как чего-то важного у людей исчезает, уже делают просто для себя. Стало интереснее.


-  Для тебя татуировка это вид искусства, способ самовыражения или что-то другое?

- Это грубо, но это мода и желание показать себя. Даже люди, которые утверждают, что делают тату для себя, в действительности делают ради оценки со стороны.


- На уровне с чем ты поставил бы татуировку? Она часть современных (новорожденных) изобразительных искусств, как фотография и граффити, или это приравнивается к гравюре и скульптуре?

- У скульптуры и граффити разные цели, как у разных стилей татуировки.


- Какой стиль тебе ближе?

- Если меня что-то заинтересовало, я могу за месяц себя поднатаскать в этом стиле и уверенно в нем работать. Сейчас понравилась графика, буквально летом работал в цветном реализме. Но предпочтение отдаю черно-белым татуировкам.


- Раньше разница между мужской и женской татуировкой была колоссальной, сейчас границы стираются.

- Будь уверена! Конечно, разница остается, но минимальная. Девушки склонны к деталям, в то время как парням хватает какого-то общего концепта.


- В отношении творчества в твоей работе есть какие-нибудь минусы?

- Любой человек зависит от внешнего мира, а творческому человеку нужно абстрагироваться от всех жизненных казусов во время работы, которая тоже, в свою очередь, эмоционально выматывает. Пожалуй, это единственный минус.


- Все знают, что рисовать на бумаге и на теле – две совершенно разные вещи. В чем разница для тебя?

- Линии делать легче на бумаге, но бывает, что какую-то линию проще сделать на коже. Раскрашивать - 100% легче на теле.


- Когда делаешь татуировки, ответственность не давит, ведь возможности ошибиться нет?

- Когда делал первую татуировку, чуть с ума не сошёл. Делал дома другу, руки дрожали. Когда начал активно работать с людьми, это ушло. Каждый раз реально смотрю на вещи, если я понимаю, что я татуировку не сделаю, я её не берусь делать. Ограничиваюсь бдительностью и аккуратностью.


-  Чем сибиряки, по-твоему, отличаются от жителей других регионов России, если отличаются?

- Да, это всегда заметно. В сравнении с ребятами с запада, например, мы более открыты.

С удовольствием пообщалась
с героем Иващенко Валентина

Виталий Долькинс
Виталий Долькинс